Тихий талант
На тихом сельском кладбище в Красном Осёлке есть необычное надгробье. Памятник из белого камня венчает барельеф с утончённым профилем. Вместо имени – лёгкий росчерк пера, рядом на мраморе выбиты кисти в стакане. Кто этот человек? Ответ нашёлся у местного краеведа Елизаветы Черепановой. Как оказалось, последний приют нашёл в родном селе Евгений Суслов – участник Великой Отечественной, художник и друг детства известного российского поэта Фёдора Сухова.
«Мой товарищ-годóк»
– Эта могилка находится в старой, заросшей части, местные жители ходят туда редко. А я однажды забрела и заинтересовалась, – рассказывает Елизавета Юрьевна. – По крупицам собирала информацию.
Итак, Евгений Дмитриевич Суслов родился 14 января 1922 года в большой деревенской семье, рос вместе со старшим братом Александром и младшей сестрёнкой Анной. В детстве все звали мальчика просто Еней. А уличная фамилия за ними закрепилась Филипповы.
– В деревнях вторые фамилии – частые явления. Много однофамильцев, постоянная путаница в разговорной речи. И когда нужно было быстро понять, о ком именно речь, спасали уличные прозвища. Их давали по имени главы семьи, по месту жительства, по профессии, – поясняет краевед.
Фёдор Сухов в своей автобиографической повести «Буреполом» писал: «Еня Филиппов был самый тихий из всех моих товарищей. Все мы сверстники, все годки».
Спокойный, с мягкими кудрями, Евгений вместе с Фёдором играл в палку-закидалку, мальчишки лакомились свисающими с крыш сосульками – вместо ландрина: «Сосульки – они те же леденцы, только кашель опосля одолевал… А податливый, зажатый в горсти снег, он – как мороженое».
А ещё вместе с Еней будущий поэт бегал на Гривку (за околицу) кликать весну:
– Весна красна,
На чём пришла?
На чём пришла, приехала?
– На кобыле вороной,
С сохою, бороной!
Дом Сусловых-Филипповых был пятистенным, и семья занимала правую половину. Там всё дышало простым крестьянским укладом: работа, забота друг о друге, тихие вечера. Отец Дмитрий Фёдорович и мать Мария Степановна растили детей в уважении к земле и труду.
Всё, что было понятно, привычно и любимо, переломала, перекорёжила война.
В сентябре 1941 года Лысковский РВК призвал старшего брата Александра, а в декабре того же года настала очередь Евгения. Его направили на Дальний Восток. Чудом сохранилось пронзительное письмо односельчанина, отправленное из Владивостока 6 января 1942 года. Тот писал семье: «Спешу сообщить вам о том, что пока нахожусь в пересыльном пункте, но скоро куда-то угонят. Нас осталось здесь только двое своих-то: Суслов Е. и я. Он здесь, очевидно, останется совсем…» В этих строках – вся неопределённость военного времени, тревога и надежда на то, что друг останется жив.
Между войной и кистью
Евгений Дмитриевич прошёл войну достойно. Он служил с 15 декабря 1941 года по 1 июля 1946 года, вернулся в звании лейтенанта. За заслуги перед Родиной был награждён медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 г.г.»
Война закончилась, и перед Евгением Сусловым открылся новый путь – путь творчества. Он стал жить в Горьком, преподавал в изостудии Дворца детского творчества имени Валерия Чкалова (тогда – Дворца пионеров). Рисованием, кстати, увлекался с детства.
Жизнь художника была простой и тихой, как и он сам. Вместе с супругой Марией они снимали скромную комнатку на Грузинской улице. Племянница Евгения Суслова Наталья Сабурина, которая живёт в Красном Осёлке, вспоминает, как останавливалась у них проездом:
– Жили супруги скромно, без излишеств. Одна кровать, окно под потолком. Детей у них не было, и всё своё тепло Евгений Дмитриевич дарил ученикам. Для многих ребят он стал не просто педагогом, а проводником в мир красок и форм, человеком, который умел разглядеть талант даже в самом робком штрихе.
Обучая, он и сам продолжал творить. Его кисти принадлежат полотна, в которых жила душа родного края: «Нижегородский кремль» и «Дорога домой». В этих картинах – тоска по малой родине, любовь к знакомым с детства местам и тихая надежда на то, что каждый найдёт свой путь к дому. Картины хранятся у родственников.
Евгений Дмитриевич никогда не терял связи с родными местами. Часто приезжал в Красный Осёлок, встречался с семьёй и друзьями, черпал в этих встречах силы и вдохновение. В 1954 году встретился и с другом детства Фёдором Суховым – впервые после войны. Свидетельство тому – пронзительные стихи.
Но судьба оказалась сурова: Евгений Дмитриевич тяжело болел и ушёл из жизни слишком рано – в 46 лет. В 1968 году его похоронили на кладбище в родном селе. Народу было много, особенно из Горького.
С болью и нежностью написал о потере «годка» Фёдор Сухов в книге воспоминаний:
«С годами всё чаще и чаще бываю на кладбище своих односельчан, кладбище раздвинулось, стало намного шире, но оно тесно, железные ограды могил стоят впритык, не протиснуться, не пройти. Добро, если окольные тропинки. Пробираюсь между оградами, подхожу к глыбе белого мрамора, к барельефу своего сверстника-ровесника с детства. С детства он пристрастился к живописи, стал живописцем, но не получил признания, не смог выбраться из нищеты, безвестно сгиб».
И пусть имя Евгения Суслова не гремит на всю страну. Для родного села, для своих учеников и для тех, кто помнит его, он навсегда останется частью истории – тихим талантом, который светил, пока мог.
Евгений Дмитриевич преподавал в изостудии Дворца пионеров в Горьком. Это здание сохранилось до сих пор
«Нижегородский кремль» и «Дорога домой» –
работы художника, сохранившиеся у родственников.
В каждом штрихе – любовь к родным местам
По материалам
Елизаветы ЧЕРЕПАНОВОЙ
подготовила
Виктория Липатова
