Село живёт в его сердце
Настало время признаться: у журналистов есть любимчики. О Валерии Карякине я хотел написать давно, потому что считаю его судьбу показательной, а путь – достойным. Препятствовал этому сам Валерий Порфирьевич: «Да про меня не надо», «Это как-то нескромно», «вот юбилей будет, напишешь»… и как раз в этом году бывший начальник сельхозуправления его отпраздновал. Но тут вмешалась погода на прошлой неделе – не давала приехать в Петровку! Но и в снег, и в грязь журналист сел в машину и отправился в село, чтобы писать о знакомом человеке…
Сельская интеллигенция
Можно ли ёмко описать Валерия Порфирьевича? Думаю, был один случай, который показал это хорошо. Я беседовал с одним врачом и выяснил, что мои знакомые были недавно на приёме. Один открыл дверь с ноги и тут же закричал: «Я в администрации работаю!». Грубил, торопил, но был… всего лишь водителем.
– А Валерий Порфирьевич, наверное, начальник, – высказала предположение врач.
– Как вы узнали? – заинтересовался я.
– Пришёл в пиджаке, вежливый, спокойный, следит за собой. Я и не знала, где он трудится, пока не нужно было узнать место работы. Вот сразу видно: руководитель, – ответила медик.
Я лишь посмеялся: Валерий Порфирьевич, кажется, всегда был таким. Знаю его, наверное, с 2016 года, когда ещё совсем зелёным журналистом впервые отправился на поля. Для меня такие понятия, как «силос» или «комбайн», были тёмным лесом; я просто честно записывал то, что рассказывали сельчане. Именно Валерий Порфирьевич, по-свойски ругаясь, взял меня под крыло: часами он объяснял, чем фунгициды отличаются от гербицидов, правил тексты. А на поле всегда смотрел взглядом профессионала.
– Работа с людьми лёгкой никогда не была, – рассуждает он. – Все руководители хозяйств разные, все специалисты тоже. На кого-то можно надавить, кого-то пожурить, с кем-то поговорить… А с другими бесполезно – обидятся только.
И он с какой-то сельской хитрецой умел ставить себя так, что вызывал уважение. Приезжал в хозяйства, и у него интересовались:
– Ну что, Порфирич, какая весна нынче будет? Когда, думаешь, надо выезжать?
Впоследствии он даже житейские советы мне давал. И всегда – с яркой, оптимистичной улыбкой, будто он рад тебя видеть. Но балагуром его назвать язык не повернётся: каждое слово вымеряет точно – и оно всегда бьёт в цель.
– Простите, Валерий Порфирьевич, опоздал, бежал от самого…
– Ничего не знаю, – отвечал он мне. – В окно тебя видел, шёл ты очень деликатно.
И хоть стой, хоть падай. Его критика была всегда точной, незлобной и верной, как выстрел снайпера. Точно так же он критиковал работников, специалистов, руководителей, метко давая им характеристику: «руки золотые, да выпивает»; «это он бегает, пока молодой, сейчас освоится – поспокойней будет», «эти не сельчане, наиграются – и уйдут из сельского хозяйства». Все слова били не в бровь, а в глаз.
Всегда на коне
Судьбу Валерия Порфирьевича можно назвать обычной. Сын механизатора Порфирия Ивановича Карякина, он с 13 лет работал в колхозе: заготавливал корма, подвозил сено к скирдам, работал с большущими волокушами, возил в огромной бочке воду в поля для работников… и всегда на верном коне. Это сейчас работа в поле полностью механизирована: тогда хватало и ручного, и конного труда. До совершеннолетия почти он в колхозе не расставался с четырёхногими товарищами. Эта особая любовь остаётся у него и сейчас.
А однажды агроном хозяйства «Красные поляны» Вячеслав Васильевич Белкин объезжал поля на «уазике», навстречу – Валерий на лошади. Не разъехаться… Ну парень и свернул в посевы. Тогда специалист и угостил юношу крепким словцом! Заставил уважать труд аграриев.
Валерий Порфирьевич вспоминает об этом с улыбкой. Но серьёзное отношение к делу рук крестьян, внимание агронома
к деталям впечатляли. Поэтому и решил Валерий учиться в Ардатовском совхозе-техникуме на агронома.
А когда окончил, служил в армии, имеет знаки отличия.
Молодой, позитивный и простой. Его энергию руководство всегда направляло в лучшее русло – для того, чтобы он организовывал вокруг себя людей. Вот и вернувшись в родные «Красные поляны», Валерий Порфирьевич сначала возглавил кормодобывающую бригаду, потом стал главным агрономом. Впрочем, и тогда в сложный период распутья продолжал ездить на родном коне. А в 1991 году Валерия Карякина на общем собрании избрали председателем колхоза. Руководителю было 29 лет…
Жизнь била. Не ключом
Тут начались, наверное, самые тяжёлые годы для Валерия Карякина. Он стал руководителем родного колхоза, где все его знали с детства. Многие опытные работники пытались уронить его авторитет; заставить трудиться людей, которые часто и пили, и срывали работу, было сложно; а заставить их работать в 90‑е, когда за это даже зарплату было нечем платить, было сложно вдвойне.
– Я никогда ни на кого не кричал. Вызывал, разговаривал. Один на один, гонор тут же куда-то пропадал: голову повесит, всё понимает, – делится Валерий Порфирьевич.
Зажили так, что жизнь в советской деревне показалась раем.
Пришлось забрасывать поля с зерновыми и сажать сахарную свёклу – рассчитываться с работниками хотя бы сахаром. Новой техники нет, и купить её было не на что, приходилось чудом ремонтировать старую. А сколько было в те времена происшествий, сколько событий! Особенно запомнилось, как сорвало кран на цистерне с аммиаком: тогда рядом с ней было не вздохнуть, часть посевов пострадала. ЧП устраняли своими силами.
А ещё все неудобицы, заброшенные поля разделили на участки. Люди жили своим трудом. Валерий Порфирьевич исключением не стал: с утра он руководил хозяйством, а вечером грузил мешки со своей картошкой на машину – и на рынок. Продавать в Нижнем труд своих рук, чтобы хоть как-то выжить.
Надежда на лучшее
Так продолжалось до 1997 года. А там просто начались проблемы со здоровьем: организм не выдержал такой нагрузки за эти годы. И Валерий Порфирьевич решил: нужно уходить с поста руководителя.
– Какое-то время занимался коммерцией: жил тем, что продавал свои овощи и фрукты на рынках, ездил по стране, – рассказывает Карякин. – Потом устроился в администрацию, шёл 2004 год. Зарплаты тогда мне хватало на пообедать да заправить машину до Лыскова. Домой я буквально ничего не приносил. Надеялся на лучшее: и, как показала практика, лучшее время наступило.
Наступило оно и в хозяйствах района. Середина 2000‑х добила хозяйства, что пережили 90‑е: у горе-инвесторов появился отличный план скупать их, распродавать там всё и банкротить. Валерий Порфирьевич работал с теми, кому повезло больше: у них имелся надёжный спонсор. Работы было много: кроме учёта и помощи постоянная учёба, семинары, конкурс пахарей… Так постепенно он и дослужился до начальника сельхозуправления. В этой должности проработал 6,5 лет, после чего ушёл на пенсию.
Сейчас Валерий Порфирьевич – почётный работник сельского хозяйства РФ, обладатель множества грамот и благодарностей. Живёт в Петровке в своём доме с супругой Верой, у него двое детей – Вадим и Ольга. Они, конечно, приезжали на его юбилей.
Живёт скромно, но, как всегда, своим хозяйством: у него ухоженный огород, много уток, кур. И, несмотря на возраст, ему хватает на всё сил и времени, но главное – на себя: он всё также хорошо выбрит и встречает нас с хитрой улыбкой.
– А может, всё-таки не надо про меня писать, а? – в который раз спрашивает меня он.
– Надо, Валерий Порфирьевич. Про кого, если не про вас?
